http://forumfiles.ru/files/0015/c5/11/16394.css
http://forumfiles.ru/files/0015/c5/11/57334.css
Вверх страницы
Вниз страницы

Black Butler

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Black Butler » Сборник рассказов » Chapter one: The House in Dust


Chapter one: The House in Dust

Сообщений 11 страница 20 из 33

11

[NIC]Тьма[/NIC]
[AVA]https://pp.vk.me/c628722/v628722527/21fed/nlxrmnLHs6M.jpg[/AVA]
Сумрак в коридоре стремительно сгустился, словно невидимое снаружи солнце затянули облака. В наступившей полутьме резко обозначились стены, будто окружающее пространство сдвинулось, став меньше. Едва различимое ранее шелестение стал громче и четче, раздаваясь почти непосредственно у человека над ухом. Потянуло запахом гноя.
Приглушенное щелкание донеслось вблизи от поворота, а затем резко смолкло. В помещении повисла напряженная тишина. Неизвестное существо медлило, оставаясь вне пределов зрения писателя и лишь изредка прерывая безмолвие сдавленными плачущими сипами. Время от времени всхлипы сопровождались противным лопающимся хлюпанием, вызывающим стойкое предчувствие тошноты.
Из глубины дома внезапно донеслась пронзительная телефонная трель. Через пару секунд звон повторился, став выше и настойчивее. В другом ответвлении коридора что-то завозилось, царапая пол, как будто пугающая тварь неуверенно переминалась с ноги на ногу. Механическая рулада зазвучала снова, а затем затрещала бесперебойно, словно требующий к себе внимания аппарат впал в истерику. Непрерывная короткая мелодия быстро усиливалась, теряя ритм и сливаясь вплоть до тончайшего закладывающего уши писка. Раздираемая нескончаемым трезвоном заболела голова.
Из-за поворота раздался оглушительный душераздирающий вой. Грохнула, разбившись, ваза. Видимая писателю часть ковровой дорожки засборилась, отброшенная мощным толчком. Роняя на своем пути редкую мебель, мистический зверь развернулся и быстрым ходом удалился прочь. Терзающий уши звон исчез сразу же через несколько мгновений.
Ненадолго оставив юношу с ощущением непривычного затишья, в стенах снова что-то зашуршало. Знакомое шелестение послышалось сбоку, став явственнее – так, как если бы кто-то быстро и дробно переступал ногтями. Аккуратно коснувшись пальцев, по руке писателя побежала многоножка, намереваясь забраться под рукав. Отделяясь от бумажной поверхности, рядом зашевелила лапками вторая.
Разбросанные по обоям искривленные пятна пришли в движение, превращаясь в активно копошащийся членистоногий ковер. Собираясь со всего периметра коридора, прежние остатки орнамента целеустремленно стекались к человеку, заполняя своими чернильными телами стены и пол. Погребенное под их напором, исчезло окно, погрузив коридор в окончательный мрак. Неразличимые в темноте животные полезли на юношу, активно цепляясь за его одежду и срываясь на голову с потолка. Путаясь в волосах и царапая кожу тонкими ножками, они проворно забирались под ткань, усиливая нарастающее чувство паники. Доводя мелкими укусами, шелестящая масса терпеливо дождалась того момента, когда заметавшийся в ужасе человек потеряет равновесие, и накрыла его тело, забираясь в глаза и уши. Последнее, что донеслось до Андерсона, прежде чем шевелящееся множество похоронило его под собой, была мелодия музыкальной шкатулки.


Что-то с гулким стуком прокатилось возле Лайона, пробуждая его от сна. Писатель лежал на полу, на перекрестке двух широких коридоров. Пространство в очередной раз невообразимым образом изменилось. От покрова запустения и распада не осталось и следа.  Пальцы ощущали мягкость расшитого золотой нитью ковра. Стены блестели лаковой поверхностью новых деревянных панелей. Стыки их на углах перекрестка были покрыты искусной резьбой, изображающей стволы вишневых деревьев, сплетающихся ветвями над головой юноши в сложном узоре. Не в пример прошлым двум комнатам, это помещение было ярко освещено: в повторяющихся через каждые шесть шагов закрытых бра ровно горели свечи, озаряя уходящие вдаль проходы. Находящийся перед писателем – самый короткий – был убран висящими друг напротив друга зеркалами и завершался полукруглой аркой. Просвет ее был наполовину завешен двумя собранными портьерами с украшенным бахромой ламбрекеном. В скрытой за ними нише смутно виднелись очертания какого-то предмета, стоящего на высокой подставке. Остальные три ответвления – примерно равные по длине – заканчивались ведущими вглубь дома дверьми. Обрубая возможность дальнейшего продвижения, на каждой из них красноречиво красовался навесной замок.
На ковре, рядом с рукой Андерсона расположился уже знакомый по картине расписной мяч.
Привлекая внимание писателя, в коридоре раздался негромкий телефонный перезвон. То затихая, то снова пронзая пространство аккордом, он доносился из скрытой за портьерами полутьмы.  Кто-то на линии терпеливо ждал, когда лежащий на полу человек придет в себя и проявит к нему интерес.

Отредактировано Блэк Джек (16 Июл 2016 12:53)

0

12

[NIC]Lion Anderson[/NIC]
[AVA]https://pp.vk.me/c628817/v628817527/25806/fCJjhTMw3Ic.jpg[/AVA]
[STA]One[/STA]
: пост написан при участии соигрока


Лайон резко сел, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Кошмар был настолько явственным и неотличимым от реальности, что юноша торопливо принялся охлопывать себя по груди и рукам, все еще чувствуя на коже фантомные прикосновения сотен лапок.
«Никого нет… Их нет.. их нет», - невнятно бормоча себе под нос, Андерсон последний раз провел рукой по и без того спутанным волосам и, наконец успокоившись, обессилено уткнулся лицом в колени. Сердцебиение, сумасшедшей дробью отдающееся уже где-то в горле, постепенно стало униматься, возвращаясь к нормальному человеческом темпу. Писатель осознал, насколько сильно он сейчас ощущает себя выжатым и истощенным. Напоминая о себе, неприятно заныла порезанная рука. Морщась и аккуратно пытаясь прощупать сквозь криво сделанную повязку края раны, Лайон заозирался по сторонам, с удивлением разглядывая незнакомые стены.
«Я не узнаю этого места. Как я здесь оказался?» – юноша поднял голову, изумленно рассматривая замысловатые хитросплетения деревянного барельефа. – «Не помню даже, чтобы я входил в подобное помещение. Всё здесь выглядит таким… нетронутым. Подождите-ка, это что, свеча?!» – с нарастающим подозрением Андерсон всмотрелся в ближайший к нему светильник. Гложущий его червячок сомнения стремительно развивался в удава необъяснимой тревоги. Будто оправдывая его пока еще не совсем ясные опасения, задетый его движением покатился в сторону узорчатый мяч. Чувствуя подступающую дурноту, Лайон уставился на него, как на привидение.
Разрывая напряженную тишину, в коридоре неожиданно раздался телефонный звонок. Испуганно вздрогнув, Андерсон оторвал взгляд от детской игрушки и торопливо обернулся в сторону источника звука. Негромкое тренькание донеслось снова – на этот раз из-за полуприкрытой шторами арки. Что скрывалось в её глубине, близорукому писателю рассмотреть не удавалось.
«Этого не может быть», - Лайон медленно поднялся с пола, ловя боковым зрением в одном из украшающих стену зеркал свое растерянное отражение. – «Дом заброшен уже половину века. Здесь не должно быть ни горящих свечей, ни лакированных панелей, ни, тем более, работающего телефона! Это немыслимо!» – опровергая его утверждение, невидимый аппарат снова зазвонил. Писатель встревожено оглянулся, не зная, как поступить. Происходящее пугало его. Он совершенно не помнил, как оказался в таком месте. Последнее отчетливое воспоминание обрывалось на моменте, когда он коснулся ручки ведущей из гостиной двери. А что было дальше? Андерсон нервно перевел дыхание. Как бы окружающее не сводилось к этому, Лайон не хотел признавать, что его встреча с неизвестным существом произошла на самом деле. Пожалуй, даже мысль об этом страшила его больше самой твари. Как и последующее за этим нашествие многоножек. Что теперь? – телефонный сигнал раздался снова. – Приходящие в голову писателя выводы были совсем неутешительными. Неизвестным образом он оказался здесь, наедине с терпеливо позвякивающим телефоном. Двери закрыты. И больше в комнате нет никого, способного поднять трубку. А это значит, что звонящий прекрасно осведомлен о том, что он находится здесь.
- Нет, - косо глянув на оставшийся на полу мяч, Андерсон обогнул его по дуге и подошел к одной из дверей. Висящий на запоре замок лаконично обрывал его надежды. Отказываясь так просто сдаваться, юноша дернул на себя дверь раз, другой. Затем налег на нее плечом. Деревянная створка не двигалась, совершенно отказываясь сотрудничать. Оставив ее в покое, Лайон подошел к другому выходу. Его попытки снова не увенчались успехом. Бросив короткий тоскливый взгляд на третью дверь, писатель решил её не тревожить.
Со скребущими на душе кошками Андерсон осторожно ступил в зеркальный коридор, стараясь не обращать внимания на свой напряженный силуэт, отразившийся в стеклянной поверхности. Шаги давались ему с трудом, словно в детстве, когда он шел к отцу, собирающегося наказать его за некую провинность. Отодвинув немного в сторону тяжелую портьеру, писатель увидел черно-золотой телефонный аппарат. Словно приветствуя его, устройство издало дребезжащую трель, в которой впечатлительному человеку послышалось скрытое ехидство. С нарастающим ощущением чего-то недоброго Лайон осторожно снял трубку и сглотнул, чувствуя сухость во рту.
-Ал-л.. Алло? – собственный голос прозвучал как-то вымученно и фальшиво. Некоторое время из капсюля в ответ доносились только тихие потрескивания, но потом с другой стороны послышался негромкий детский напев:
«Frere Lion, frere Lion,
Dormez-vous? Dormez-vous?
Sonnez les matines. Sonnez les matines.
Ding, dang, dong...
Ding, dang, dong…».

Юноша замер, будто его пригвоздили к месту. Сжав трубку в пальцах, Лайон напряженно втянул в себя воздух и открыл рот, уже предвосхищая ответ на свой вопрос.
-Т-Тави?
Пару томительных мгновений у его уха раздавались только легкие механические пощелкивания. А после до него донесся тихий голос сестры.
- Тебя так долго не было, братик.
- Тави, это… это п-правда ты?! – Андерсон неверяще потер лоб, чувствуя себя совершенно утратившим связь с реальностью. – Господи… Где ты? С тобой все в порядке? – писатель бегло оглянулся в коридор. Окружающая его обстановка совсем не вязалась с родным голосом, который он не слышал уже на протяжении трех лет. – Где все остальные? Мать, Реджинальд?
В трубке что-то противно и режуще затрещало, словно кто-то водил ножом по стеклу. Скривившись, Андерсон спешно отнял динамик от уха и приник к нему снова, услышав голос Октавии.
- Ты в опасности.
- Что? – потрескивания в трубке участились, словно связь внезапно начала резко портиться.
- … знает, где ты. [помехи] Это как игра. Помнишь прятки? Ты должен прятаться, братик. И не давать себя поймать [помехи].
- Тави, о чем ты? – юноша усиленно вслушивался, стараясь разобрать слова девочки среди шумов.
- Не доверяй всему, что видишь.
Возле уха раздался короткий гудок, а затем в нише повисла тишина. Какой бы не была причина, разговор прекратился.
«Прятки? Опасность? Тави, как ты… Откуда», - Андерсон растерянно осмотрел затихшую трубку и перевел взгляд на лежащий на перекрестке мяч. Все это было слишком странно. Слишком странно, чтобы обычная логика могла налезть на происходящие события хоть в каком-то жалком подобии объяснения.
По руке писателя потекла теплая вязкая капля. За ней вторая. И еще одна. И еще. Тонкая телефонная трубка в его пальцах плавилась, корчась и оплывая тяжелыми черными сгустками. С ужасом отбросив ее от себя, Лайон отступил, в шоке наблюдая, как бывшая механическая деталь растекается густой маслянистой лужей.
- Безумие. Это все просто безумие, - вдруг со стороны коридора до него донесся глухой металлический стук. Через миг запоздало пришло озарение, что в пустом коридоре подобное звякание мог произвести только упавший на пол замок.
«Ты должен прятаться».
Скорее инстинктивно, чем осознанно, писатель отпрянул за полузадернутую портьеру. Опасливо наблюдая за поворотом через висящее зеркало, Андерсон затаился в полутьме арки, стараясь дышать как можно тише.

Отредактировано Серфин (24 Май 2016 20:41)

0

13

[AVA]https://pp.userapi.com/c631322/v631322430/3d138/vJxvIS80hbk.jpg[/AVA]Дверь с традиционно медленным скрипом отворилась, озаряя пределы коридора примерно в полметра ровным зеленовато-голубым светом, - холодным и бесстрастным. С минуту или две ничего не было слышно. Можно было подумать, будто сквознячок в наглухо запертом перекрёстке коридоров сдул замок и заглянул за дверь. Скрипнувшие два раза половицы этой хлипкой теории приказали долго жить, пояснив, что "посетитель" просто не решался войти и, видимо, чего-то ожидал или опасался, раз ступал на них так осторожно. Время было подобно стекающей смоле, казалось, оно только растягивается, если вообще не идёт в обратную сторону, пока дверь не издала щёлкающий звук затвором. Без единого скрипа.
Всё же, полезно не оставлять распахнутыми двери, - и как минимум не прилично, тем более, помня в каком месте находишься. Однако, заметив замок, валяющийся рядом, Мора не спешила его одевать, как и вообще трогать. Из тех же практичных целей. Даже больше, она его обошла, цокая каменными каблуками по ковру, что по сути было странно, даже не смотря на слишком уж тяжёлую поступь для её фигуры. Вот то, что у неё костюм из камня и тело из будто жидкого тёмного кристалла, - это её как-то не настораживает, что глаза чёрные и радужка сияет, да и вообще она сама люминесцирует синевой - тоже. А цоканье острых каблуков по ковру в чьём-то довольно-таки осязаемом кошмаре - это да, это странно, вроде как жутко и неестественно. Ведьма буквально кожей ощутила всю глубину гипотетического сарказма со стороны Акумы, будь он рядом. Они так хорошо друг друга знали, что предугадывали не просто шаги, - мысли. Но кота рядом нет, нет связи с ним, она снова предоставлена сама себе. Полностью. В диком одиночестве, и мрак помещения только нагнетал. Он угнетал. Это слово не стоит понимать буквально: видимая сторона, сцена, хорошо освещена, но за кулисами - общая атмосфера, ощущаемая на острие души. Мрак. Ничего подобного и в помине не было, не только внутри дома, но и когда они с бесом пробирались к нему.

Следы человека они заметили сразу же, как переступили границу участка, - они вели за постройку, но детектив решил проверить парадный вход, который естесственно был наглухо заперт. За домом же их ждали слишком уж очевидные улики, такие, как: стекло, щебень и живописно оборванные лианы плюща - они ярко иллюстрировали путь, пройденный писателем. Следов было мало, трава не так уж примята, а пока хозяйка обдумывала способы проникновения, Акума сбегал к чёрному ходу, чтобы убедиться - забавное дело, ведь дверь нашлась лишь благодаря прорванной дыре в растительном покрове.
- Слышишь ли ты что-нибудь, мой шерстяной друг? - Обратилась Мора к подошедшему коту, глядя на окно, через которое скорее всего "беглец" пробрался внутрь. Упорный малый, целеустремлённости ему не занимать. Акума по-началу не понял к чему был задан вопрос и прислушался.
- И что я должен услышать?
- Ну не знаю, что-нибудь! - Всплеснула она руками. Кот прищурился и сел.
- Я слышу ветер.
- Ну, во-первых, ты не ветер слышишь, а траву с листвой. - Она снова принялась рассматривать нужное окно. - Что-нибудь ещё?
- Нееет, - протянул её собеседник и заводил ушами, начиная догадываться.
- Нееет, - тихим эхом произнесла Мора, переходя на шёпот. - Ни птиц, ни насекомых, никакой лесной живности. - Женщина подошла и прислонила ладони к стене, продолжая слушать. - Такой пустой, словно обглоданный скелет. Скрип от случайно загулявшего сквозняка, но никаких шагов, никакого движения. Нет тепла жизни, нет холода смерти, скорлупа, оболочка без температуры. Неужели дом так долго пустует, что ни одного воспоминания не осталось в нём, ни одной эмоции? - Ведьма непонимающе нахмурилась, ведь здание не выглядит таким уж старым. Это уже не дом, а постройка, бездушная конструкция, пустой каркас. Она была на руинах когда-то, но даже там были заметны отголоски прошлого. Интересно. В привычке Кокс не подозревать подвох в странностях, а искать новый опыт и знания, ведь она не могла с абсолютной уверенностью сказать, что таких домов не бывает совсем. Вскоре она поймёт, как ошибалась, а кот, напротив, - убедится в своих тёмных предчувствиях, ибо, в отличии от своей хозяйки, в его привычке не любопытствовать, а опасаться. Не все кости истлевают сами по себе. Но у беса не было какого-либо сформированного мнения или аргументов не лезть в эту, внезапно ставшей жуткой, постройку. Даже будь они, Мора его не послушает. Да и не ему указывать куда ей идти, это её жизнь, а он лишь помощник. Он следует, он навигатор, не капитан. Упёртая, не то, что его прошлые контрактеры. Хотя бабка её тоже не особо отличалась покорностью. Вот сидели под землёй, как же хорошо тогда было. А теперь лезут невесть в какую хренотень за непонятным субчиком.
- А... а что ты собственно делаешь? - Наконец спросил он, уже с минуты две наблюдая, как Мора шкрябает ногтями стену.
- Да думаю я. - Её голос стал погромче. - Внутри как будто никого, и там либо действительно никого, потому, что писатель уже ушёл, либо он всё ещё внутри и тогда следуют скверные выводы.
- Так уж скверные? - Бес принялся умываться.
- Мммм, в какой-то степени. Давай подумаем, - женщина в мужском костюме облокотилась спиной о дом и скрестила руки на груди. - Судя по следам, писатель,..
- Ты уверена, что это он вообще? - Зыркнул кот исподлобья. - Мало ли кто мог забраться, а леса дремучие - мог и сгинуть. Хозяйка поморщилась:
- Давай предположим, что это всё-таки наш парень, и будем решать проблемы по очереди. - Коту было без разницы и он пожал плечами, позволив Море продолжить. Она любила рассуждать вслух, это помогало ей сосредоточиться, - Так вот... двери заперты, на первом этаже всё заколочено, внутрь лишь один путь, которым он очевидно воспользовался, - женщина указала на полянку с мусором. - Но как ему выйти? - Будь у кота брови, он бы выгнул одну, но и без этого его взгляд выглядел достаточно вопросительным, но человеку нужен слушатель, а не собеседник. Он молчал, а ей всегда было что сказать, - Один вариант: выбить дверь или каким-то образом оконные рамы. Они целы.
- Целы.
- Значит, этим путём он не воспользовался. Второй вариант: выйти так же, как и вошёл. Ну, почти. - Мора отошла и встала лицом к дому радом с Акумой. - Спуститься можно либо цепляясь за камни, либо по веткам, либо спустить "верёвку". Из окна ничего подхдящего не свисает, верно?
Кот согласно промолчал.
- И сильно сомневаюсь, что у господина Андерсона имеются навыки и снаряжение, необходимые для спуска.
Кот успехнулся:
- Этого утверждать мы не можем. Нам неизвестен уровень его подготовки к приключениям. Не, ну а вдруг!.. - Всплеснул он лапами, наткнувшись на скептичный взгляд ведьмы. Его замечание было здравым и Кокс никогда не сбрасывала его со счетов.
- Даже если бы всё это было,.. - шатенистая голова упрямо мотнулась, не желая признавать такую вероятность, ибо тогда её стройная теория рассыпалась на куски. - Смотри на следы.. - Женщина внимательно уставилась и даже нахмурилась от усердия. Бесу было глубоко чихать, он лениво блуждал взглядом и всё видел без каких-либо усилий, но возможность помотать нервы хозяйке и запутать её лишний раз никогда не упускает. И ведь не надоест ему это. - Аккуратно взобраться по стене, не потревожив зелёный покров, даже мне не удастся без твоей помощи, а обычному человеку-то!.. Тем более, невозможно быть первоклассным стенолазом и при этом спотыкаться на ровном месте. Хмпф!
- Ты подгоняешь факты. - Фыркнул бес.
- Допустим, он... - с нажимом рыкнула женщина, продолжая. - Взбирался, помогая себе плющом. Они опали, а он внутри, - Мора быстро переключилась, пустив в ход жесты и вообрадение. - Если бы он спускался, по уступам, - она задвигала пальцами, её глаза блуждали по предположительному пути. - Здесь, - руки её прочертили линию по траве под окном в два метра длиной. - Было бы примято.
- Здесь примято.
- Конечно, примято, я там только что стояла! И тут должны быть щебень с лианами, но такое ощущение, что они просто взяли и... упали.
- Он мог упасть. Как из окна, так и просто сорваться вниз во время спуска.
- И как далеко бы он потом ушёл. - С усмешкой пропела ведьма, встала под дом и рукой очертила траектории в воздухе, подытожив, - Нет, кроме нас с тобой в этом месте никто не ходил.
- Значит..?
- Он не спускался. Он внутри. - Пожала плечами.
- А может... - Кот аж просиял от догадки. - Подвал?
- Подземный ход. - Брови человека взлетели, ведь он действительно не подумал об этом. - Это придётся уже проверить внутри. А раз он внутри и его не слышно, то в лучшем случае он просто спит. - Мортимер Кокс поправил одежду и завозился в дорожной сумке на плече.
- А в худшем - один из твоих "скверных выводов"? - Догадливо усмехнулся Акума.
- Именно. И в одном из них, не стоит оставлять лазейку для побега.
- Но тогда и нам таковой не останется.
- Ну, мы-то выкрутимся, - смешливо подмегнул детектив, проверяя длину верёвки. - А преступник,..
- Гипотетический.
- Гипотетический, не будет прыгать в "нору за кроликом".
Завязав петлю на конце врёвки, человек отдал её коту и ловкий пройдоха невообразимыми скачками добрыгал до крыши здания - под ней торчали балки, на ту, что была почти над нужным окном, бес и надел один конец. Второй подёргала ведьма внизу, затягивая узел, а кот остался наверху, наблюдая и подстраховывая. Он удобно умостился на том же деревянном краю и свесил голову вниз, пока женщина взбиралась. Опасаясь осколков, Мора пробралась внутрь и её глаза во мраке тут же наткнулись на неподвижное тело человека, к которому она опрометчиво бросилась. Его мертвенная бледность и отчётливо видные вены, что оказались чёрнее смолы, заставили её сердце боязливо пропустить пару ударов. Инстинкт вякнул было, но тут же заглох.
Женщина мотнула головой, прогоняя оцепенение, нужно проверить дышит ли он вообще. Чуть ли не касаясь ухом чёрных губ, она наклонилась, прибрав волосы и внимательно вслушалась, положив ладонь на грудь юноши. Ниточка дыхания, вырвавшаяся изо рта, полоснула её по мочке, но сердце... она почти не ощущает его биения.
- Акума?!... - Женщина вскочила на ноги и обернулась, встретившись с тишиной коридора. В нём не было окон, лишь стены из деревянных панелей, редкие канделябры и двери. Красный бархатный ковёр глушил шаги и никакое тело не мешало её пути.

0

14

[NIC]Тьма[/NIC]
[AVA]https://pp.vk.me/c628722/v628722527/21fed/nlxrmnLHs6M.jpg[/AVA]
Чужое прикосновение извне – как легкий электрический разряд, как неприятное касание, будящее посреди сна. Волна мурашек, внезапно пробежавшая по телу. Тень дергается, словно паук, почуявший вибрацию сети. Но только когда ты и паутина, и ее хозяин, все ощущается намного острее. И резче.
Первый порыв – поймать, захватить – срабатывает на уровне рефлекса, не давая даже времени для осмысления. Часть Тьмы выплескивается вовне, оплетая источник, словно ловчее растение, и утягивая его внутрь себя. Так стремительно, что процесс почти не контролируется отвлеченным в этот момент сознанием. Подреальность расходится и смыкается подобно воде над утонувшим камнем. По поверхности разносится краткая рябь.
Чуть покачиваясь в центре любовно сплетенной паутины из коридоров и комнат, Тень-Паук слегка отпускает из хватки задурманенный разум писателя. Произошедшее настолько внезапно, что родившееся чувство смятения удерживает от инстинктивного посыла – найти, связать – побуждающего к следующим действиям. Пропуская мимо секунды, Тьма медлит, прислушиваясь к собственным ощущениям. Голод. Азарт. Настороженность.
Переворошенная память человека становится открытой книгой. У мистера Андерсона не было попутчиков, и в своей рассеянности или самонадеянности юноша не оставил никому пометки о цели своего путешествия. В дом забрался еще один непрошеный посетитель? Солнце всего лишь два раза опустилось и поднялось, а гостей у Тени больше, чем за последние полвека. Несказанная удача, в которую верится слишком слабо. Будь обстоятельства другими, такое совпадение вызвало бы подозрение. Но слишком изматывающе было многолетнее ожидание, слишком дразняще присутствие рядом чужого тепла и крови.
В конце концов, живым нужен только один.
Приняв решение, Тьма проникает вглубь, сливаясь с нитями основы. Выстроенный мир изгибается, словно подогретое масло, подстраиваясь под желания создателя. Подреальность приходит в движение, замыкаясь на саму себя и отгораживаясь засовами. В неиспользованной аморфной части Дома гнойным пузырем вспучивается стена. Тьма месит и лепит неоформленную материю, созидая себе проводника будто ребенок, мастерящий из грязи собачку.
Вставшая в новый порядок действительность закрепляется, отдаваясь внутри легким бокальным звоном. Со слабым хрипом временная аватара отделяется от стены, обрывая склизкие черные жилы. Нелепо копошась суставчатыми конечностями, Тварь неловко поднимается на ноги. Щелкает пробный раз-другой клыкастыми челюстями. И проворно устремляется вперед – туда, где в нагромождении комнат и коридор исчезли последние отголоски сигнала.
Где-то там, на их периферии, находится жертва, которую необходимо поймать.


* Присутствие ощущается рядом, дразнящее, словно слабый аромат корицы, недостаточно стойкий, чтобы подсказать направление. Тварь оглядывается, останавливаясь на очередном перекрестке и механически мусоля в жвалах небольшую пуговку. Предмет отыскался в одном из предполагаемых ответвлений-капканов. Испускаемый им отголосок был недавним, стойким, но слишком размытым, как будто разбавленным. Открываемый им след петлял сквозь окрестные комнаты, словно жертва проходила через них минуту назад, неведомым образом снова ускользая от погони.
Аватара издает недовольный сип и, спустившись с потолка, сплевывает предмет в подставленные лодочкой узкие ладони. Прячущаяся добыча – кто она? Сладковатый запах пряности забивает ощущения, но на фоне его однотонности удается вычленить свежую ноту. Человек молод сердцем, его разум еще не затронут разложением, встречающимся у стариков и сумасшедших. Хорошо. Такие души полны жизненными силами, которые Тьма с удовольствием проглотит. Тварь удовлетворенно стискивает вещичку в кулаке, чуть прищелкивая бесцветными сегментами, и направляется в соседнюю залу. Ее периметр еще до конца не сформирован, мало что в ней может послужить беглецу убежищем.
Разрыв в сети – как неосторожный удар по басовой струне. Забыв о комнате, монстр разворачивается, стремительно бросаясь в сторону вибрации. Брешь обнаруживается сразу же – через два пролета узкой лестницы края разрыва мерцают, уже стягиваясь обратно. Пытаясь им помешать, Тварь вбрасывает в прореху крючковатую длинную лапу и отшатывается от неожиданно яркого ответного сигнала.
Цветочная мягкость, словно размазанная по лицу горсть свежих лепестков.
Солоновато-сладкое послевкусие, почти исчезающее.
Запах мяты, растертой поутру между пальцами.

Яростно сжатая в руке обманка распадается, оставляя напоследок насмешливо-дерзкую ноту.
Обманули, обставили, провели!
Тварь в бешенстве ударяет когтями по скрывшим лазейку обоям, оставляя глубокие длинные следы. Отвечая на ее гнев, по выцветшей узорчатой поверхности, быстро увеличиваясь, расползаются трупные пятна. Доски пола вдавливаются и сминаются словно фольга. Где-то в другой части астрала в поднятой Андерсоном трубке раздаются режущие слух помехи.
Тень приходит в себя, лишь смяв ненавистную комнату до размеров лесного ореха. Оставленная аватара исходит потеками слизи, медленно проваливаясь в изнанку. Она больше здесь не понадобится. Ориентирующуюся в подмире жертву схватить будет намного сложнее.
Тьма расходится легкими волнами, восстанавливая поврежденные связи и продолжая прерванную нить телефонного разговора. Повезло, что в своем припадке она обошлась лишь одной незначительной ветвью. Потерей уже пойманного смертного нельзя рисковать, что серьезно осложняет представшую задачу. Скачущего «кролика» нужно найти и как можно быстрее. Подобно неизвестному элементу, он портит всю заранее выверенную схему, порождая неточности и белые пятна. Вплетаясь в канву подмира, дух незримыми пальцами пытается прощупать близлежащее пространство. Такая «ловля блох» займет непозволительно много времени, а уже имеющийся якорь в виде писателя не дает сбросить предварительно выстроенную лже-реальность, чтобы в образовавшейся воронке неведомый беглец всплыл сам собой. Остается только надеяться, что неизвестный проходец самолично каким-либо образом выдаст свое местоположение.
Однако это не значит, что данное событие никак нельзя поторопить.
Тень пронизывает Дом густой сетью черных сосудов. По всему астральному жилищу от края до края разносится дикий – как ножом по живому – вопль. Жуткий вой, идущий на таких частотах, что закладывает уши и подавляет сознание, рождая внутри по-животному беспричинный ужас. Простая эмоция, чувство, оставшееся еще с древности, усиленное до своей крайней стадии. Где бы в незримых тенетах не находилась душа, она не могла не отреагировать.

* - с ориентацией на информацию, представленную соигроком

Отредактировано Блэк Джек (21 Июл 2016 19:01)

0

15

[NIC]Lion Anderson[/NIC]
[STA]two[/STA]
[AVA]https://pp.vk.me/c604421/v604421527/19939/PdF5YEnN1PY.jpg[/AVA]

Как открылась дверь, Лайон почувствовал почти физически – по затылку словно прошлась ледяная волна, щекоча кожу и поднимая дыбом волосы. Наставшая же после тишина стала настолько напряженной и непредвиденной, что испуганно притаившийся писатель почти забыл как дышать. Секунды безмолвного ожидания тянулись одна за другой, и где-то по истечению минуты в голову юноши закралась слабая мысль: а, может, треклятый замок упал все-таки сам собой? Может, пытаясь открыть дверь, он так раздергал засов, что металлическая дужка спустя время сдалась сама под действием силы тяжести?
Увы, ответы на эти вопросы можно было найти, только проверив все самому лично. Конечно, выходить за пределы казавшейся относительно безопасной ниши Андерсону не хотелось. Но ведь он мог просто воспользоваться висящими на протяжении всего прохода зеркалами, чтобы заглянуть за поворот, не так ли? Если действовать осторожно, то вполне вероятно, что у него получится не выдать своего присутствия. Теша себя этой идеей, писатель осторожно выглянул из-за портьеры.
Коридор и просматриваемое после него перепутье были свободны, однако уверенности это никак не прибавило. Заставить себя выйти на разведку оказалось непосильной задачей. Глубоко вдохнув в надежде пробудить в себе решимость, Лайон посмотрел на находящуюся рядом стойку. Возможно, если он будет не безоружен, смелости у него поприбавится.
Брать в руки обезглавленный телефонный аппарат после произошедшего с трубкой писатель опасался. Вязкая лужа непонятной черной жижи никуда не делась, хоть и основательно впиталась в ковер, испортив нежно-золотой ворс напрочь. Находящаяся под устройством подставка смотрелась куда привлекательнее, однако, могла быть привинчена к полу излишне расторопным хозяином. Решив проверить это, Андерсон наклонился и, сжав верхнюю часть стойки, потянул её на себя, желая оценить вес конструкции. Правую кисть сразу пронзило резкой болью. Беззвучно охнув, Лайон выпустил столешницу и стиснул потревоженную ладонь. Полученный ранее порез, про который он в гуще событий успел уже благополучно забыть, решительно бастовал против двуручной нагрузки. Хмуро посмотрев на внешне безобидный аппарат, писатель сжал вытянутую часть корпуса левой рукой и вышел из-под арки.
«Если он потечет, я просто брошу его вперед. И кто бы там ни был, проблемы будут уже у него», - мрачно успокаивал себя Андерсон, всматриваясь в стеклянную гладь. Он отошел недостаточно далеко, и пока зеркала только безучастно отражали сами себя, создавая внутри бесконечные мистические коридоры. Собственное отражение на их фоне казалось человеку незначительным, потерявшимся и растерянным. Страх неизвестного давил, задерживал, цепляясь за ноги липкими опасливыми лапками. Вынужденно наблюдая по бокам свою нерешительно мнущуюся фигуру, Лайон внезапно почувствовал стыд.
«Да что я веду себя будто побитая собака?! Мне уже далеко не пять лет, чтобы в ужасе замирать от любого ночного шороха и прятаться под одеяло!» - злясь на самого себя за трусость, юноша решительно сделал шаг по направлению к перекрестку.
Раздавшийся тут же скрип половиц и последующий легкий щелчок дверного засова пригвоздили его к месту. Нервно стиснув в руке телефонный аппарат, Андерсон медленно подался назад, стараясь двигаться как можно тише. Прошлая идея пойти проверить проход казалась ему сейчас не то, что глупой, но просто до невозможности идиотской.
«Оно еще и дверь закрыло», - удрученно подумал писатель. Кто это «оно» Лайон пока не догадывался, но звучащая за поворотом тяжелая поступь мыслей о приятном знакомстве совсем не навевала. Так двигаться мог бы оживший доспех, внезапно надумавший свершить обход по своим проклятым владениям. В памяти человека невольно всплыла легенда о Каменном Госте, но даже мысль о том, что сходства между ним и литературным Дон Жуаном мало, грела слабо. Пятясь прочь от приближающихся шагов, Лайон тоскливо задумался о том, что если из-за угла и в самом деле покажутся стальные латы, то сколько вреда им принесет брошенный полусломанный телефон.
Внезапно по коридору разнесся оглушительный крик. Вой монстра, встреченного писателем ранее, не шел с ним ни в какое сравнение. Этот вопль был жутким - другого слова, полностью отражающего суть, юноша не мог подобрать. Казалось, что, истекая невидимой кровью, кричат сами стены. Забыв о неведомом пришельце и ощущая лишь накатывающий ужас, Андерсон упал на колени, изо всех сил закрывая уши. Выпушенный аппарат с грохотом прокатился по полу, отскакивая и позвякивая от ударов, и замер в полушаге от резных панелей перепутья. Хуже уже быть не могло, однако поддавшийся панике Лайон сейчас не мог даже сдвинуться с места.

Отредактировано Серфин (20 Июл 2016 15:35)

0

16

[NIC]Midnight[/NIC][STA]A spirit guide?[/STA][AVA]https://pp.userapi.com/c626727/v626727430/2751d/jd8M4eSA74E.jpg[/AVA]Тело пронзила дрож и будто снесла на пол, - реакция Моры на вопль мало чем отличалась от реакции Лайона, но она не прикрывала уши, она знала причину и цель этой волны.
- «Быстро раскусил,» - отметила про себя, словно якорь, мысль, чтобы не потеряться. Ведьма вцепилась каменными когтями в ворс ковра, выгибаясь по-кошачьи. Обманка была достаточно проста и не могла действовать вечно, зато дала немного времени замести следы и вычислить точку концентрации, или точнее, кокон, в которую запеленал свою жертву паук. А ведь сама недавно чуть не попалась - металась по коридору от двери к двери, тщетно дёргая и проверяя на прочность каждую. Ни одна из них не поддавалась, а ей на ум никак не приходил вопрос откуда они взялись, ведь секунду назад она была не в коридоре, а комнате с камином и обстановкой, склонялась над неподвижным юношей. И тут вдруг двери, двери и двери, тишина, тусклый свет и никого вокруг, и она знать не знает никакого Акуму. В голове билась мысль "беги, выбирайся", что-то мешало вспомнить кто она. И зачем тут столько дурацких одинаковых дверей?!!
Но первый урок путешествия вне тела - сотвори зацепку. Ведьмы Клана прекрасно осведомлены об Играх разума и о существах, способных в эту Игру вовлечь ничего не подозревающих и ни в чём не повинных смертных. Тренировки же адептов заключали в себе прятки на выживание. Зацепкой могло быть что угодно: побрякушка, ощущение ползающей букашки на щеке, попадающаяся на глаза картина, главное, чтобы она несла в себе воспоминание - особенное настолько, что по цепочке ассоциаций и чувств, словно по верёвке, можно вытащить себя из трясины дурмана. Вид зацепки ограничен только воображением, она создаётся и запоминается раз за разом, доводится до автоматизма, чтобы её появление было обусловлено подсознанием. Как неотделимая часть его.
Акума знал свою хозяйку, поэтому вскоре её привлёк едва заметный звон. На ниточке, несколько раз завитой вокруг запястья, скромно позвякивала от резких движений пара бубенчиков. Их тусклый металический блеск приковал к себе взгляд ведьмы, а движения её замедлялись, напряжение тела спадало. Хранимый бубенцами образ выполнил свою задачу - Мора повернула голову, оглядела коридор и с её глубоким вдохом пространство будто слегка вогнулось: стены и пол теперь она видела сотканными из нитей. Ловушка, в которую угодила и ожидала незавидной участи.
- Ну, давай поиграем, - буркнула Мора, похлопывая себя по одежде в поисках кармашков или мешочков. Странным образом морок не оставил её в прежней одежде, а облачил в более простой домашний женский костюм, в котором искомое, по-видимому, не предусматривалось. Хм, значит, создатель ловушки позаботился и отнял у поситителей их "игрушки". Поиграв этой рифмовочкой в уме и оглядывая нити стен, Мора потеребила пальцами пуговку на жилетке... А что, идея.
Нити едва заметно завибрировали, отсчитывая срок пленнику. Не теряя больше времени на раздумья, ведьма оторвала пуговку, сдула с неё всё лишнее, оставив, впрочем, кое-что для приманки. Она же ничего не подозревает, верно? Обронённая фурнитура заблагоухала на полу, пока её владелица пыталась прикинуться тумбочкой. По-началу, буквально, но в этом она не была сильна, а нужно было действовать! - Вибрация становилась чуть явственней, даже ощутимей в спёртом подобии воздуха.
Сложный и продуманный план не всегда лучший, - бывает, банальность может спасти ситуацию. И Море ничего другого в голову не пришло, как просто влиться в стену рядом с пуговкой, чтобы сбить с толку тварь и замаскировать запах обманкой. Спиной женщина погрузилась медленно, плавно, без ряби; кожа, одежда тут же принимала окрас обоев, подобно хамелеону, затем цвет. Ведьма потеряла одну из плоскостей в пространстве, стала плоской, двумерной. Постепенно силуэт побледнел и потерял очертания, как раз вовремя: как только глаза закрылись, тут же пространство рядом накрыло тяжёлой вязкой энергией. Оно задержалось. Мора затаила не только дыхание, но и стук несуществующего сердца. Своей же энергии она позволила едва ощутимо течь, имитируя собественный след. Она не источник, просто отпечаток, её здесь нет.
Давящее чувство ушло, резко, метнувшись гончей. Мора открыла глаза и выглянула - обманки нет. Ей оставалось тенью на стене мелькнуть в сторону хозяйской потайной "дверцы". Благо, от неё фонило знатно. А рядом с ней и кокон ослаб.
Шутки в сторону: раз хитрость раскрыта, куда первым делом чудовище направится? Оно захочет отыграться на другом пленнике, усилить его плен, чтобы не остаться с носом. Так что надо торопиться и пройти сквозь прутья клетки. А кто лучше пролезает сквозь узкие ходы? Конечно же кошки! И это урок номер два: нахождение в чужой "голове", словно прикосновение; а что менее ощутимо, ладонь или кончик ногтя? Правило «чем ты меньше, тем незаметнее» работает и в разуме. Ровно до того, пока ты веришь в это. Тем более, ей нужно стать безобиднее на вид. Намного безобиднее синей каменной женщины. Акума бы хорошо прошёлся по этой теме, Мора даже почти что слышит его ехидные ремарки, но это только воображение. Они настолько хорошо знают друг друга, что даже находясь порозонь, они продолжают беседу в воображении.
Т.е. замечание о "безобидности" принадлежало бы коту, будь он здесь. Без выучки ждать от напарника какой-нибудь остроты, перед напуганным человеком могло предстать что-нибудь не только маленькое, но и противное, хотя и довольно практичное. Но к коленям писателя, когда стихло воздействие, подобралась почти бесшумно существо, близкое к кошачьему роду, хоть и неизвестной породы. Уши тоньше и длиннее, пушистый голубоватый мех, сияющий на кончиках; сияли также глаза и месяц во лбу, подушечки лапок и кончики ушей. Это сияние намеренно мирное, - некий светлячок во тьме. Мирный дух. Несмотря на то, что это всё-таки был искуственно испускаемый, внушаемый образ, Мора действительно не желала человеку зла, так что никакой лжи и противоречий с её чувствами не было.
Кошка, звякнув маленькими бубенчиками на лапке, требовательно топнула по коленке Лайона.

+1

17

[NIC]Lion Anderson[/NIC][STA]three[/STA][AVA]https://pp.vk.me/c604421/v604421527/19939/PdF5YEnN1PY.jpg[/AVA] Лайон не понял, когда стены перестали исходить душераздирающим визгом и пространство смокло. Точнее, юноша даже не услышал этого. Мир съежился до размеров одного-единственного ощущения, одной-единственной мысли, которую в шуме колотящейся в голове паники и разобрать-то было невозможно.
Тело сжало единым спазмом, словно в далеком детстве, когда наслушавшийся от кухарки страшных баек ребенок просыпался по ночам от кошмаров, стараясь маленьким испуганным комком забиться под одеяло. Только тогда собственное восприятие подчинялось Андерсону намного лучше: глаза напряженно вглядывались в окружающую тьму, стараясь различить в ней контуры прячущихся неведомых созданий, слух ловил случайные малейшие шорохи и скрипы, а глубоко внутри сидела словно заведенная пружина, готовая в любой момент развернуться и мигом вытолкнуть тело мальчишки в спасительном прыжке к двери. Сейчас же было ни-че-го. Писатель будто ослеп и оглох, не находя в себе сил даже на то, чтобы закричать. Его разом лишило всех чувств, словно накрыв огромной оглушающей волной. Хотелось сжаться, скорчится, стать совсем незначительным и маленьким, чтобы песчинкой слиться с окружающим, чтобы непонятное, неведомое пугающее нечто, так никого и не найдя, ушло.
Меня здесь нет. Меня здесь нет.
Лайон не сразу понял, что сидит на полу на коленях, зажимая уши и раскачиваясь из стороны в сторону, неосознанно и бесперебойно повторяя одну фразу. Реальность возвращалась постепенно и как будто неохотно – сначала пришло ощущение твердости опоры под ногами, затем руки защекотало собственное сбивчиво-шепчущее дыхание, а после, кусок за кусочком, вытянув по цепочке инициаций, в один миг вернулось понимание тела и места. И до дикости непривычной тишины.
Писатель остановился и открыл глаза, подсознательно ожидая если не худшего, то какой-то пакости точно. Слишком уж неправильно все было в последние полчаса-час. Или больше? Время потерялось. Все пошло наперекосяк с тех пор, как он решил выйти из той комнаты.
Нет.
С тех пор, как решил забраться в этот дом. Проклятое разбитое окно как будто предупреждало его об этом.
Коридор был на удивление чист. Вернее, так сначала казалось, пока краем глаза Андерсон не заметил движение. Что-то негромко и мелодично брякнуло, а затем Лайон почувствовал прикосновение к ноге… Что там такое двигалось и зачем, еще не отошедший до конца от ужаса мозг разглядеть не успел, однако само понимание того, что находится оно непозволительно близко, дернуло юношу в сторону, благо старт из его текущего положения имел мало перспектив. Поэтому не рассчитавший (точнее, совсем не рассчитывающий) траектории Лайон просто завалился набок, неприятно приложившись локтем.
Отдавшаяся в руке боль произвела отрезвляющий и даже в какой-то мере успокаивающий эффект. Осознание подчиняемости собственных конечностей после нахлынувшего ранее паралитического бессилия было, если не бальзамом на душу, так небольшой припаркой точно. Спешно поправляя съехавшие не вовремя куда-то очки, писатель постарался разглядеть, что – или кто – находилось с ним рядом.
Внимательно следя за ним взглядом, на ковре по соседству находился… зверек?
Рассматривая светящиеся кончики ушей, Андерсон почувствовал, что впадает в элементарный когнитивный ступор. Расположившееся около него существо не походило ни на одного из виденных им прежде. Длинный пушистый хвост и гибкое тельце придавали ему сходство с соболиными, однако тонкие уши и мордочка не вписывались в образ, да и в манерах животного скользило что-то больше кошачье. Ах, да, еще мех. Видели ли вы где-нибудь сияющего голубоватого соболя? С полумесяцем во лбу?
Продолжая изучать взглядом зверька, Лайон выпрямился и сел, подтянув к себе ноги. Минутный страх уходил, уступая место замешательству, а после – и простому человеческому любопытству. Существо вело себя мирно, явно не собираясь нападать, да и от всего его облика не сквозило враждебностью, а в светлых глазах даже чудился разум. Возможно, это было слишком наивно, но пушистый незнакомец походил на ожившего персонажа сказок, и это детское, по сути, ощущение, вселяло в юношу какое-то легкое умиротворение. Во всяком случае, его компания была явно приятнее копошащейся под одеждой орды многоножек.
Мысль о мелких тварях моментально спустила Андерсона с небес на землю, напомнив, где он находиться. Точнее, о том, что он не имеет об этом ни малейшего понимания. С учетом всех тех прекрасных моментов, что успели с ним уже произойти. Появившаяся было на губах человека расслабленная полуулыбка исчезла. Стараясь не упускать зверька из виду, писатель огляделся. Помещение не изменилось, как в прошлый раз, и на том спасибо. Увечный телефон валялся поблизости, подсказывая о предшествующих его панике событиях.
Точно. Что-то гремело. И шло сюда.
Лайон прислушался, пытаясь угадать возможно находящееся поблизости достаточно тяжелое создание. Ну не мог же так грохотать при ходьбе устроившийся рядом на ковре пушистик, ей-Богу. У него бы просто веса на подобное не хватило. Однако, смущая разум, в коридоре висела относительная тишина, заставляя впечатлительного писателя нервничать еще больше. Возможно, то создание тоже испугалось крика и ушло?
Шумно втянув в себя воздух, Андерсон посмотрел на животное. На секунду у юноши возникло желание коснуться аккуратного сияющего полукруга на его лбу. Он даже ненадолго дернул рукой, поднимая ее навстречу, но остановил себя. Не стоило касаться чего-то незнакомого. Каким бы безопасным оно при этом не казалось.
Вздохнув, Лайон прислонился спиной к стене коридора. Импровизированная повязка на порезанной ладони успела разболтаться, и ее не мешало бы перетянуть. Возясь с затянутым узлом, писатель мимоходом бросил взгляд на миролюбиво светящееся создание:
- Привет, - начинать с чего-то надо было, и простое изъявление вежливости не было худшим. – И кто же ты такой? – вопрос был скорее риторическим, вряд ли стоило надеяться на то, что ему ответят. Однако сама видимость разговора действовала успокаивающе, будто страховка, удерживающая над бездной сумасшествия в трезвом сознании.

Отредактировано Серфин (12 Окт 2016 23:29)

0

18

Метаниям юноши дух не мешал. Стресс и всё такое, стукнет ещё, а Мора терпеть не станет - укусит, в воспитательных целях. Надежда на гуманизм писателя себя оправдала и он не подумал даже тронуть на вид безобидного зверёныша. Хорошо, значит, подружимся. Море не впервой бегать в звериной шкуре и изображать немоту на всю голову, поэтому, молча понаблюдав, дождалась, пока Лайон не успокоится. Её длинные уши забавно подрагивали на каждый его шорох, а при звуках голоса навострились.
Кошка склонила пушистую головку и неожиданно вскочила на стену, оттолкнулась от неё и приземлилась на подогнутые колени человека.
- «Так вот ты какой, западный лев,» - с такой мыслью дух вытянулся к лицу Лайона, рассматривая его и принюхиваясь. Даже привстала на задних лапках, приподнимая толстый от меха хвост. Кто-то говорит, что разговаривать с животными дурость. По мнению ведьмы, дурость - навязывать своё мнение, и как раз сейчас ей это и нужно было сделать. Может, человек и не знал опасности, но Мора должна его вытащить. И сделать это прямо сейчас! По крайней мере, в данный момент, уйти из кокона на нейтральную территорию.
Кошка спустилась с колен на живот и упёрлась передними лапками в грудь писателя, вместе с этим потеревшись головой о здоровую ладонь. Отметив, кстати, повязку. Если она есть на нём, то его воспоминания не запутаны. Интересно.
Чтобы добавить небольшой паники, как любое животное, чуящее опасность, она схватилась зубами за рукав человека и несколько раз дёрнула на себя. Для пущего нагнетения, начала скакать по нему, по стенам, нарезать круги между стенами и потолком в лучших традициях инфернальной белочки. Длилось это недолго, пару кульбитов, не больше; свечение от шерсти на такой скорости оставляло едва видимый след. Мора спрыгнула на пол ближе к перекрёстку и нетерпеливо запрыгала на месте; то отскакивала дальше, то подходила, не отворачиваясь от Лайона.[NIC]Midnight[/NIC][STA]A spirit guide?[/STA][AVA]https://pp.userapi.com/c626727/v626727430/2751d/jd8M4eSA74E.jpg[/AVA]

+1

19

[NIC]Тьма[/NIC][STA]Let's play catch-up[/STA][AVA]https://pp.vk.me/c628722/v628722527/21fed/nlxrmnLHs6M.jpg[/AVA] Один мудрец сказал в свое время: «Поспешай медленно». Именно благодаря этому совету ни одна из складывающих лицевую подреальности нитей не дрогнула.
Мягко ударившись об пол, возле духа, едва ли не об нос, упала круглая бляшка. Покатилась ненадолго, совершая неполный оборот, и легла прямо под взором, тускло отражая пламя светильников.
Пуговка.
Треснувшаяся.
Та самая.
Вторая безделушка свалилась с потолка прямо на голову писателю. Третья отскочила от его руки куда-то в сторону и потерялась в ковровом ворсе. Четвертая и пятая, одновременно стукнув, устремились вперед наперегонки по ответвлению коридора. Шестая и седьмая потянули следом десяток, превращая пугающее явление во вполне себе осязаемый град.
Дин-Дон, а вот и ты!
По комнате разнесся смех. Сначала приглушенный и мягкий, а после внезапно острый и насмешливый, с ноткой нарастающего многоголосного безумия. Резко щелкнув и чудом не приложив звереныша по лбу, на пол грохнулась мышеловка.
Переживаемое Тьмой ехидство отразилось на поверхности коридора словно язва, сдвинув цвета обстановки на полтона ближе к красному. Пробираться с изнанки вслепую, ориентируясь только на чутье, было несвычно. Даже не трудно, а скорее до раздражения медленно и муторно. Будто пробивать дорогу в трясине. Приходилось обходить узлы опоры, доверяя только инстинкту, словно рыба, огибающая в темных водах рифы. Тихо, плавно, не давай отразиться на поверхности ни одной ряби. Такое движение - результат долгого ожидания, терпения, замешанного на непреходящих ненависти и жажде. Впрочем, как показала сейчас действительность, затраченные усилия вернули свое.
С дальнего конца коридора из-за закрытой двери послышался легкий стук. Раз-два-три. Раз. Так водящий в прятках ребенок сигнализирует попавшемуся на глаза товарищу.
Дин-Дон, я тебя вижу.
Стены в проходе стремительно начали темнеть, теряя яркость вплоть до пепельно-серого. Из-под дверного просвета показалась черная вода.
Стук повторился, сильнее и явственнее. Пламя находящихся в ответвлении светильников съежилось и побледнело, исчезая и оставляя свечи густыми комками гноя спадать на пол.
Дин-Дон, я хочу взглянуть поближе.
Очертания двери и прилегающих к ней стен поплыли как нагретое масло. Пространство в рукаве пошло волной, а после стремительно извернулось, скручиваясь тестообразной массой в единый жгут и выворачиваясь наизнанку. Слепо вытянувшись в сторону двух пульсирующих аур, вырост повел из стороны в сторону набухшим концом, а затем треснул, раскрываясь, словно раной, широкой пастью. Под сдавленный сип из глотки, капая слизью, показались тонкие, бледные, как у мертвеца, руки. Дернувшись, два десятка конечностей раскинулись на манер ловчей пасти. Слившийся задним концом со стенами червь изогнулся, готовясь к броску, и единым быстрым движением устремился к людям.

+1

20

[NIC]Lion Anderson[/NIC][STA]"what the hell"[/STA][AVA]https://pp.vk.me/c604421/v604421527/19939/PdF5YEnN1PY.jpg[/AVA] : пост написан с учетом действий следующего игрока


Признаться, Андерсон и не рассчитывал на участие зверька в беседе в роли более благодарного слушателя, однако результат превзошел все предположения. Не ожидавший от пушистого подобной прыти, писатель вздрогнул, однако примостившаяся сзади стенка сурово отрубила любые попытки к отступлению. Разглядывая в ответ потянувшуюся к нему принюхивающуюся мордочку, юноша в очередной раз поразился написанной на ней сообразительности. Кем бы ни было таинственное создание, интеллекта у него явно было больше, нежели у привычных домашних питомцев.
- Похоже, тебе интересен тот же вопрос, - невнятно пробубнил под нос Лайон, наблюдая за действиями зверька. Спустившееся с колен животное, между тем, оказалось довольно ласковым. Если честно, юноша никогда не относил себя к истовым любителям кошачьих, однако сейчас ощущение мягкой шерстки под рукой подействовало так ободряюще, что человек невольно шевельнул пальцами в ответ, собираясь почесать животное за ушком. Однако прежде чем он успел сделать это, непонятное создание вцепилось в его рукав, мотнуло пару раз головой и, соскочив с живота писателя, проворно заскакало рядом. Немного опешив, Андерсон проводил взглядом голубоватый след, остающийся в воздухе после метаний звереныша. Его новый знакомый явно требовал внимания, но с какой целью? Первоначальная мысль о том, что он хочет поиграть, отмелась в сторону, стоило взглянуть на мордочку соболекошки. Слишком уж она была озадачена, обеспокоена. Как будто пушистый хотел что-то показать ему или сказать, но в силу природных ограничений не мог сделать это напрямую.
- Думаю, ты хочешь, чтобы я на что-то взглянул? – Лайон удивленно поднял бровь. Зверек продолжил взволнованно метаться на перекрестке, бросая на юношу встревоженные взгляды. Его беспокойство мало-помалу начало передаваться писателю. – Ладно, ладно, иду, - Андерсон оставил в покое так и оставшийся затянутым узел и поднялся с пола.
Внезапно что-то упало на ковер и покатилось. Прежде, чем подслеповатый человек сумел рассмотреть, что это было, ему на голову что-то приземлилось. Недоумевая, юноша провел рукой по волосам. Пальцы наткнулись на что-то маленькое и округлое, оказавшееся при ближайшем рассмотрении пуговицей.
- Откуда.., - однако, не дожидаясь, пока писатель сформулирует свою мысль, сверху посыпался целый дождь из фурнитуры. Прикрывая от летящих кружочков голову, Лайон спешно ретировался к четвероногому товарищу как раз в тот момент, когда рядом с тем тяжело приземлилась сработавшая мышеловка.
- Господи, да что здесь творится…
Словно отвечая его мыслям, до Андерсона донесся тихий смех. Непонятно почему, но при его звуке юноша сразу почувствовал внутри невесомый, но не предвещающий ничего хорошего холодок. Подобное ощущение – но более слабое и мимолетное – возникало у него и ранее, когда Лайону случалось посещать кладбища.
Неизвестно откуда раздающийся звук взорвался сумасшедшим хохотом множества голосов. Чувствуя неожиданно накатившую дурноту, человек зажал уши. Что-то вокруг изменилось, но что, он понять не мог. Появилось стойкое предчувствие, что лучше будет как можно скорее убраться отсюда.
Откуда-то сбоку донесся стук. На глазах повернувшегося в его сторону Лайона коридор внезапно потемнел и будто оплыл. Стук повторился снова, а затем…
- Какого черта.., - пораженно прошептал писатель, став практически одного цвета с листом бумаги. Заворожено глядя на то, как чудовище раскидывает в стороны руки-жвала, Андерсон отступил назад. Вдруг что-то толкнуло его, опрокидывая на спину, только вместо предполагаемого столкновения с твердой стенкой тело юноши погрузилось во что-то липкое и холодное. До того, как Лайон успел что-либо понять, зеркальная гладь сомкнулась над его головой.

0


Вы здесь » Black Butler » Сборник рассказов » Chapter one: The House in Dust